+7 (904) 60-46-0-13
Написать нам
 

Три долгих года в фашистской неволе

Наталья Михайловна Трачук, ветеран войны, в Выборг приехала в конце 40-х, здесь в то время служил ее брат. А в военные годы на ее долю выпали страшные испытания, 13-летней девочкой она была угнана в фашистскую Германию и стала малолетней узницей концлагеря.

Об этом у нее хранится документ – справка из государственного архива Хмельницкой области Украины, в которой написано: «На основании имеющихся в архиве материалов, гражданка Трачук Наталья Михайловна, уроженка села Браиловка Новоушицкого района Хмельницкой области, в годы Великой Отечественной войны была насильно вывезена с временно оккупированной территории Украины, и с июня 1943 до мая 1945 года пребывала на принудительных работах в Германии».

Как вспоминает Наталья Михайловна, немцы вошли в ее родное село уже в первые недели после начала войны. Ее мать, родом из Курска, работала учительницей начальных классов, отец был из местных жителей, возглавлял сельсовет. В семье было четверо детей. Перед самым приходом немцев в село отец успел увезти троих детей, а Наташа с мамой остались дома.

Первые два года оккупации вспоминаются ей сегодня как очень тяжелые, был голод и холод, своего хозяйства у них не было, хорошо, что добрые люди подкармливали. Зимой в доме топить было нечем. Они с мамой забирались под перину, чтобы согреться, и мама тихонько напевала романсы, Наташа ей подпевала. Когда пели, было не так страшно. В двух километрах от их села, в райцентре Новая Ушица, проживало много евреев, фашисты сильно издевались над ними, сотнями сгоняли людей в овраг между холмами, заставляли копать себе ров для коллективной могилы и затем расстреливали, засыпая ров. Проезжавшие мимо сельчане видели, как свеженасыпанная земля в этом рве потом ходила ходором – под ее слоем задыхались и погибали не убитые сразу люди.

Односельчан Наташи то и дело немцы угоняли в Германию. Из местных жителей нашлась соседская семья, начавшая служить фашистам, один брат был назначен старостой (позже его расстреляли партизаны), еще двое стали полицаями. Они хорошо знали людей, живущих в селе, водили немцев по домам и показывали, где есть молодежь и крепкие женщины, годные для отправки на принудительные работы.

В начале войны Наташа была еще совсем ребенком, а спустя два года, в 1943 году, однажды она вышла из дому и увидела, что по улице идет немец в сопровождении полицая, который указал на нее. Девочке тут же приказали идти с ними, ее и других подростков и женщин увезли на телегах на станцию, где собирали всех для отправки в Германию. Наташиной мамы в этот момент не было дома, узнав, что ее 13-летнюю дочь забрали, мать прибежала на станцию и успела перед посадкой угоняемых людей в товарный вагон снять с себя ботинки и отдать их дочери, а в заплечный мешок положила ей буханку хлеба. Мамины ботинки были велики Наташе, но зато - более крепкие, чем ее собственные.

Как вспоминает Наталья Михайловна, сначала их привезли в Польшу, там они прошли санобработку – им обработали волосы и одежду. Затем посадили в другой поезд и отправили в сторону Берлина. В концлагере, куда их привезли, были длинные бараки, народу там было очень много, людей водили строем, кормили баландой. Узники были одеты в свою одежду, им лишь выдали таблички с номерами на веревочке, которые надевали на шею, с этими номерами их сфотографировали. Однажды в лагерь прибыли лошади с огромными телегами, из узников отобрали 36 человек, в том числе и Наташу, их увезли на ферму под Шверином - работать на немецкого хозяина. На ферме мужчины занимались скотом, а привезенных женщин и девочек отправили работать на поля.

Поселили их в небольшом доме, для сна были сколочены нары, на одежде у каждой был пришит синий лоскут с надписью «OST». На полях узницы копали картошку, морковку, турнепс, собирали овощи в большие корзины, которые нужно было приносить к грузовой машине и пересыпать в кузов. Велся учет выполненной работы, за каждую корзину картошки выдавался номерок. Надзирал за ними старик-немец. Две женщины готовили еду на всех, но этого, конечно, не хватало при тяжелой физической нагрузке, узницы иногда ухитрялись во время работы спрятать в одежде две-три картофелины и вечером пекли их, чтобы не свалиться от голода.

Самым запоминающимся событием тех тяжелых лет для Наташи стало неожиданное получение посылочки от мамы, очевидно, пришла она через Красный Крест. Мама прислала ей маленькую пачку печенья, черный шерстяной платок и свою маленькую фотографию. Из платка Наташа сшила себе юбку.

Весной 1945 года все немцы вдруг спешно покинули ферму и окрестные дома, остались только узницы, вскоре сюда пришли советские войска. Женщинам сказали, что они свободны, их отправят домой. Но тут оказалось, что надеть им в дорогу нечего - одежда настолько изношена. Тогда им разрешили поискать себе что-нибудь в брошенных немцами домах. Сначала их отправили на поезде, затем, уже в Польше, пересадили на телеги с лошадями, однако на польско-украинской границе поляки лошадей забрали. Дальше добирались сами.

Когда Наташа приехала на свою станцию, ее увидел кто-то из односельчан, сообщили ее матери. В ту весну река в их селе была особенно полноводной, Наталья Михайловна вспоминает, как увидела маму, которая бежала к ней с противоположного берега и никак не могла преодолеть разлившуюся реку, чтобы обнять вернувшуюся из неволи дочку. В тот день Наташу окружили женщины-односельчанки, каждая спрашивала о своей угнанной в Германию дочери, сестре или племяннице. Многие из них так и не вернулись домой - погибли в концлагерях.

Приехать в Выборг Наталью пригласил брат, служивший здесь в морской части. Наталья Михайловна вышла замуж за офицера-фронтовика, сначала она устроилась в военную пекарню, а затем 30 лет трудилась на заводе лимонной кислоты, говорит, что очень любила свою работу. На всю жизнь женщина сохранила память о войне, о том, как чудом выжила в фашистском аду.

Публикации по теме:

В Выборг приехала в сороковом

Фронтовые университеты Зои Иноземцевой

Комментарии

Edgars, 27.04.2015 в 00:58:32
Не вопрос, как семья Натальи Михайловны пережила три голодомора в Украине. До немцев. Интересно другое: "иногда ухитрялись во время работы спрятать в одежде две-три картофелины". Регуляно - не раз ине два. Немецкие товарищи не карали. А "родная" советская власть?
7 августа 1932 года, власти СССР приняли постановление, которому позднее в народе дали почти лирическое название «закон о трех колосках» (еще — «указ семь-восемь»). За хищение государственной и коллективной собственности (хотя и с оговоркой «в крупных размерах» - от двух картофелин или трёх колосков) полагалась смертная казнь с конфискацией имущества.
0

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи