Цена ошибки — жизнь ( №75 )

Сложная для журналиста задача — анализировать суть врачебной ошибки. Я за нее и не берусь – для этого есть профильные комиссии, прокуратура и суд. Но рассказать о том, как возникают сами предположения о виновности медиков, обязан. Хотя бы для того, чтобы предостеречь других граждан.

«15 июля 2008 года в Выборгской городской больнице из-за халатного отношения врачей умерла Татьяна Галкина в возрасте 39 лет» — так начинается заявление в прокуратуру, написанное сестрой покойной.

Татьяна поступила в горбольницу в начале мая с жалобой на повышенную температуру и недомогание. Диагноз – бронхит. Средства обследования – рентген грудной клетки. За десять дней в больнице ей сбили температуру и выписали под наблюдение участкового врача. Через неделю ее состояние ухудшилось, участковый врач направила больную на анализ крови, ЭКГ и флюорографию, выписала лекарства.

Но больная чувствовала себя все хуже, жаловалась на одышку. Через два месяца после выписки «скорая помощь» вновь доставляет ее в городскую клинику. Заведующая терапевтическим отделением Ольга Павлова вновь назначает прием антибиотиков и, несмотря на то, что пациентка поступила сюда вторично и в значительно худшем состоянии, никакого дополнительного исследования (по словам ее родных) не проводит, будучи уверенной в своем диагнозе.

Вернувшаяся в Выборг из поездки сестра больной, Наталья, застает ее на четвертый день пребывания в больнице в чудовищном состоянии – Татьяна задыхается, пульс 120 ударов в минуту, губы и пальцы посинели. Врачей в терапевтическом отделении нет – воскресенье…
Более чем встревоженная сестра на следующий день встречается с заведующей отделением Ольгой Павловой и требует срочно направить Татьяну в областную клиническую больницу. Ответом было: « Зачем? Больная получает нужное лечение!»

Наталья тот же день договаривается об обследовании и лечении своей сестры в Выборгском военном госпитале. Зав. терапевтическим отделением Павлова не возражает, но отвергает обвинения в нежелании помочь больной. Наталья немедленно перевозит сестру в госпиталь, где менее чем за два часа определяется страшный диагноз – фиброзирующий альвеолит тяжелой степени. Полковник медицинской службы Александр Фишер, поставивший диагноз, поражен тем, что Татьяна Галкина в таком состоянии была выписана из горбольницы, и немедленно поднимает ее в отделение реанимации для проведения интенсивной терапии. Вечером того же дня больной становится лучше, она звонит домой и говорит, что она «может дышать, снова хочется жить».

На следующий день Александр Фишер сообщает родным больной, что на уровне районной медицины оказать помощь Татьяне невозможно, — ее необходимо срочно доставить в Петербург, в областную клинику. Сам созванивается с заместителем главного врача Выборгской горбольницы по медицинской части Татьяной Воробьевой и договаривается с ней об этом. Галкину вновь возвращают в городскую больницу, погружают в глубокий медикаментозный сон и подключают к вентиляции легких в реанимационном отделении. Это происходит 9 июля.

Рассказывает сестра Татьяны Галкиной, Наталья:

— Я каждый день умоляла Воробьеву отправить мою сестру в Питер. Говорила, что полностью оплачу спецтранспорт, любые другие расходы… Мне отвечали: «Подождите, вот окрепнет она немного, тогда повезем. Уже наметилась положительная динамика. Мы пытаемся исправить свою ошибку». Пять долгих дней мы ждали, когда же Таню отправят в областную больницу. 14 июля Воробьева предлагает мне отвезти рентгеновские снимки Татьяны на консультацию к областному пульмонологу. Пульмонолог пишет заключение, что еще на первых снимках, сделанных в мае, во время первого поступления моей сестры в городскую больницу, были четко видны изменения легких (отек), и еще тогда было ясно, что ее лечили «не тем» и «не от того. На следующий день, 15 июля, я привезла заключение и рекомендации пульмонолога. А в 20 часов 35 минут Таня умерла…

Когда после Таниной смерти я пришла к заведующей терапевтическим отделением Ольге Павловой за необходимой справкой, я не услышала от нее ни слов сочувствия, ни слов извинения за то, что, несмотря на мои многочисленные просьбы, не исследовали причину болезни моей сестры, не отправили ее в Петербург, не обратили внимания на рентгеновские снимки.

…Умерла молодая, жизнерадостная, всеми любимая женщина… Из-за некомпетентности лечащего врача? Наверное, врач, как и любой другой человек, имеет право на ошибку. Только после этого может ли он продолжать лечить людей? Я не обобщаю – чудесный врач и ответственный человек, полковник Александр Маркович Фишер, сделал все, чтобы спасти Таню. Все, что от него зависело, и я благодарна ему.

Но есть врачи и «врачи». Я обратилась в прокуратуру и к министру здравоохранения с требованием разобраться в смерти сестры, Не из чувств мести и обиды, ничто не вернет мне сестру, а с единственной целью – не дать повториться такой трагедии в других семьях. Идет следствие, и я надеюсь, что результат его оградит людей от подобного горя, а медицинские учреждения — от врачей, для которых жизнь больного так мало значит.

Точка зрения заведующей терапевтическим отделением Ольги Павловой

— Я увидела сестру больной Галкиной только в понедельник, 7 июля и сама рекомендовала ей отправить Татьяну в областную клиническую больницу, а не в госпиталь. Диагноз «альвеолит» мной предполагался, и я сообщила об этом. Это заболевание вообще точно диагностируется лишь в 50 % случаев и необходимого для такого диагностирования инструментария наша клиника не имеет. После первого, майского, поступления Галкиной к нам, она была выписана с положительной динамикой, и ничто не говорило о возможном альвеолите. При повторном, июльском, поступлении Галкиной все, возможные для нашей клиники, исследования больной были проведены в полной мере, и альвеолит стал одним из предполагаемых диагнозов. После двухдневного пребывания Галкиной в госпитале ее состояние ухудшилось и не позволяло транспортировать больную в Петербург. Для спасения жизни Галкиной было сделано все возможное – ее поместили в реанимационное отделение. Да, медицина спасает не всех. Я с доверием отношусь в комиссии, которая будет исследовать правильность принятых мной решений, эта комиссия квалифицированных медиков должна расставить все точки в трагедии, в которой никто не виноват.

…Не берусь судить о тонкостях медицины, но, как я понял из документов, принесенных сестрой покойной Татьяны в редакцию, типичные рентгенологические изменения замечены не были, а возможности провести инструментальные и лабораторные исследований в выборгской клинике нет. Но сумел же полковник Фишер распознать сложную болезнь менее чем за два часа?.. Реанимобиль, конечно, не медицинский супервертолет из американской хроники катастроф, но была ли возможность срочно отправить Татьяну Галкину в Питер, где ее, не исключено, могли бы спасти? Ответы даст комиссия и прокуратура.

0

Комментарии

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи

Последние комментарии

Откажется ли обл.депутат Коваленко от массажа за счет денег налогоплательщиков? https://vk.com/vyb...

Видео 5 канала. "Набирает обороты и скандал в администрации Выборга. Главу района Геннадия Орлова ...

Друзья, а Вы в курсе, ситуация изменилась с пересечением границ или нет? Хочу на отдых отправится....

Коваленко, которая себя величает "справедливой валерией", высказалась. Лучше бы молчала, за умную бы...

"В России ежегодно десятки тысяч человек получают государственные, региональные и ведомственные нагр...